![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
листву гоняя по планете,
зубами скрежетал о крыши
и вдруг утих...поднялся выше
оттуда бросил взгляд последний,
раздвинув облака
я ее найду...
Он любил макароны, а я – лапшу,
Он никогда ничего не просил,
Я до сих пор прошу…
Господи, дай мне сил,
Если не дал ума,
Чтобы в последний путь,
Я напросилась сама…
Дай, прошу, мне понять,
Бездарного смысл бытия,
Был ли то замысел твой,
Или я как трава?
Пьянит как старое вино…
И мух от запахов тех пьяный
Стучится головой в окно…
Среди жасминовых теней
Там ловит блох уныло кошка.
Ей тоже пьяно… и еще
Ей тоже хочется в окошко,
На волю, на охоту в травы,
Не ради пищи, а забавы…
Ощутить букет и аромат,
Проглотить… и подавиться - снова
Вместо истины дешевый суррогат.
Не глядя по миру брести
Или, открыв глаза пошире,
В беснующемся плавать мире
И отдавать себе отчет,
Что каждый день сдаешь зачет.
Истончилась совсем изоляция
На души моей проводах …
Не пугает ее инфляция
И империй финансовых крах…
Не заботят политиков сводки,
Истерия желтеющих СМИ…
Ее слезы бегут… без проводки,
Заливая мир с самой зори…
И не важно, что это не рядом
Крыша сыпется спящим на грудь…
Мир, окинув последним взглядом,
Умирает в ней чья-то суть…
Средь посуды грязной обеденной
Как свидетельство нашей конфузии
Кое-где только пятна-иллюзии…
У прошлого перед будущим и настоящим есть преимущество, с которым тем состязаться бесполезно. Оно сгустилось, засахарилось, застыло… и было поставлено в красный угол.
Как в янтаре, события и люди застыли в нем мелкими, различимыми лишь под микроскопом памяти, образами и немыми сценками. Пропали звук и динамика, сгладилась острота эмоций. Слой кажущегося прозрачным времени, между тем сгладил, подретушировал слова и смыслы.
тепла не дождетесь – дорого…
а каждый второй – клиент
принудительно, у «диетолога»...
мы ложками сахар в чай,
а иногда - и просто в рот...
и масло нам подавай,
и с колбасой бутерброд...
унылой авитаминозной жизни
как калории дни сосчитаны?
а мы (куда нам теперь бежать?)
на вкусной жизни воспитаны…
бытовая химия – да, чистота, я знаю…
я не знаю другого – куда ведут эти сливы
и потом… потом мы все еще будем живы?
или не мы, а наши подкованные научно дети,
им… что им придется пить на этой планете?
в век технологий и продажной слова свободы
я, идиотка, страдаю, просто выкидывая отходы:
ошметки сыра, засохшие корки хлеба…
и от стыда ли - не знаю - спрятаться где бы…
каждый пакет - никогда я их не стирала –
небо ведь где-то коптит, а выкинула их немало…
нет, не где-нибудь - здесь, на моей планете,
где уже не рождаются, не растут здоровые дети…
тут - ожирение, там – только кости и кожа,
я ли виновна? и вроде бы нет, но все же…
и когда я, поужинав, мою чертову эту посуду
я совсем не уверена, что завтра все еще буду…
Истошной птицей. В судороге страсти
Скрипел диван, и ночь рвалась на части,
И плавился весь шар земной…
Стекали вниз материки как лава,
И опадали небеса на берег правый,
А левый уходил краями к звездам,
И там сверкал на всех глазами грозно.
И щерился щербатым ртом в ухмылке
Ущельями Казбек – любовник пылкий…
И гладь морскую вспенив, Атлантида
Исторгнута была из недр Аида…
И розовый рассвет невинноликий,
Застал сию картину страсти дикой…
И чувств лишился…
туманной зябкостью
под одеяло сна...
.
Сокрыт секрет конца,
Как в облаках видна
рука Творца…
и давят подошвы маруллы опавший цветок,
слоновий последний вечерний распев отгремел
и буш перед засухой новой вскипел!
танцует на парных упорный бушменский народ
разводит кострища и скачет, и песни поет...
и рвется из горла его первобытный восторг -
ну кто, мне скажите, на мле этой лучше живет?
не тризну выводят в кромешной они темноте,
а засухе гимн, завершающей круг бытия,
который взорвет изнутри проростая трава,
которой покроется буш, насыщая слонов...
и снова под солнцем палящим созреет еда!
:P
говорила, что все козлы...
посидели, кофе попили...
а потом долго смеялись -
цепочка-то так проста!
когда жалеешь себя - автоматически все козлы...
когда сам себе подарок - жалеешь всех остальных...
ты спи, я просто послушаю твое дыхание...
у тебя во сне такое лицо...
с него опадают усталость и напряжение,
с него слетает шелуха суетливых мыслей и забот...
в нем сейчас больше тепла, чем ты когда либо в себе найдешь...
в нем больше тебя, чем покажет тебе зеркало...
спи... я покараулю твой сон... я попрошу за тебя звезды...
Написать бы что-нибудь грустное,
Но почему-то весело…
Мне зима ненормальная
Подзатыльник отвесила…
Прокатила под гору
Обдирая ладони…
А повсюду весеннее кружево
В серых лужах тонет…
Небо в сетку черную
Ожидая зелени,
Развлекается,
Ставя нас на колени…
там внутри свернутый тугим клочком кусок старой газеты, на которую чьи-то руки заботливо наматывали нитку моей жизни...
одноразовый секс,
одноразовость бытия...
значит можно все, значит надо успеть жадно насладиться...
сколько всего вырастает на этой идее...
Омерзительно так и гадко,
И до ужаса приторно-сладко…
Как гвоздь, рвущий плоть ладони.
Бродит по миру сволочь в законе.
По морю людскому - по суше,
Сея споры в слепые души,
Завистливо в них прорастая,
Распальцованная и простая…
и конфети еще не собран с пола,
и совесть ждет, наверное, укола,
чтоб оказался пылесос в руках...
ничего не хочется... дождь по лицу струйками за воротник... домой... шопа, вака... кофе горячий и абсолютное безмыслие...
январские насмешки:
...
в новогоднюю ночь на этом месте дети слепили огромного снеговика...
ведь новогодняя ночь была сказочной!!! а мне никто не верил, что будет снег... а он был... пусть только на пару часов... с деревьями в белых шубах, пушистым ковром, снеговиками...
а представьте себе, что скоро от этой сырости в Питере заведутся субтропики, поднимутся до небес пальмы, оплетут их лианы, вырвутся на свободу из зоопарка обезьяны и будут нам сверху кидать орехи... Балтика станет - красным морем... мы покраснеем на солнце и выгорим волосом... и появится новая расса блондинистых краснокожих туземцев...
точно магнитный полюс сместился... просто никто не заметил когда...
